На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

«А избы горят и горят…», или Женщина на войне

«На войне тяжко было всем. Бывали минуты отчаянного положения, когда, казалось, исчерпаны без остатка все физические и нравственные силы… Тяжкую военную страду делили с нами девушки — ротные санитарки, телефонистки, радистки и медики полковой санроты. Со школьных парт и из студенческих аудиторий, из привычно сложившегося быта, заполненного уроками и лекциями, «читалками» и экзаменами, встречами с подругами и редкими ещё мимолетными минутами свиданий с тем, кого уже выбрало сердце. Все они в 18-20 лет по доброй воле и движению души оказывались на войне». Это написал любимый преподаватель студентов историков Петропавловского пединститута (ныне СКПУ) Василий Сергеевич Черников в своей небольшой автобиографической повести «Изюминки в черном хлебе войны».

Все студенты знали, что известный в городе педагог прошел почти всю войну — от Сталинграда до Берлина. На лекциях он иногда рассказывал студентам об отдельных эпизодах боев, в которых ему довелось участвовать. Но как-то так получилось (или забылось), никогда не было разговора на тему «девушки на войне». Зато в самой повести есть несколько грустных страниц о боевых подругах, воевавших рядом с мужчинами. «Девушкам было труднее во много раз: они особенно тяжело переживали боль и страдания людей, их смерть на поле боя или в воронке от снаряда, куда они только что с неимоверными усилиями доставили раненого, ежесекундно рискуя собственной жизнью». И ни слова — ни в устных вставках в лекции, ни в мемуарах нашего наставника — о том, что от Сталинграда до Польши, а затем и до Берлина, прошла и жена Василия Сергеевича – Валентина Ивановна. А эти слова ее мужа о неимоверных усилиях, с которыми санитарки доставляли в укрытия раненых, можно сказать и о ней.

Вот такой портрет в прошлом году «шел» по улицам Петропавловска в День Победы в строю «Бессмертного полка». Несколько строчек под фото рассказывали:

ЧЕРНИКОВА ВАЛЕНТИНА ИВАНОВНА.
РОДИЛАСЬ В 1924 Г. И ЖИЛА В СТАЛИНГРАДЕ. В МАРТЕ 1943 ГОДА БЫЛА МОБИЛИЗОВАНА В ДЕЙСТВУЮЩУЮ АРМИЮ. СЛУЖИЛА В ГОСПИТАЛЕ, ЗАТЕМ В ВОЕННОЙ ЦЕНЗУРЕ. В СОСТАВЕ 4 АРМИИ ПРОШЛА ВОЕННЫМИ ДОРОГАМИ ЧЕРЕЗ УКРАИНУ, КРЫМ, БЕЛОРУССИЮ, ПОЛЬШУ. ЗАКОНЧИЛА ВОЙНУ В ГЕРМАНИИ, В ПОТСДАМЕ.
НАГРАЖДЕНА ОРДЕНОМ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ ΙΙ СТЕПЕНИ И 9 МЕДАЛЯМИ.
РЕГИОН — РЕСПУБЛИКА КАЗАХСТАН
ВОИНСКОЕ ЗВАНИЕ — МЛАДШИЙ СЕРЖАНТ
НАСЕЛЕННЫЙ ПУНКТ – ПЕТРОПАВЛОВСК

Что еще можно сказать о таком юном солдате с косичками, если его взрослая жизнь началась накануне одной из самых грандиозных и страшных битв, вошедших в историю Второй мировой войны, — Сталинградской?!
Узнав, что будущие супруги одновременно воевали в городе на Волге, я сразу сочинила для себя романтическую историю, как они встретились на поле боя и как вместе дошли до Победы… Мы ведь выросли на фильмах о войне – таких, как, например, «Шесть часов вечера после войны» и им подобных, где красавцы актеры в военной форме поют и даже пляшут. Хотя со временем убедились, что война – это вовсе не веселая оперетта.
Да и Наталия Васильевна Вьялицына, старшая дочь Валентины Ивановны и Василия Сергеевича Черниковых, родившая в Германии уже после войны, спустила меня с голубых небес на грешную землю:

— Все было несколько иначе. Мама родилась в конце 1924 года и к началу войны успела окончить только 9 классов (тогда в школу принимали детей с 9 лет, — авт.). В начале войны ей ещё не было 18 лет. Но когда летом 1942 года советские войска оставили Ростов, и создалась угроза Сталинграду, бабушку с пятью сестрами мамы успели эвакуировать из города в хутор за Волгой. Но мама, старшая из девочек, была мобилизована на земляные работы — на возведение укреплений вокруг Сталинграда. Так 17-летняя Валя вместе с другими вчерашними школьниками и с женщинами из ближайших к городу селений рыла окопы и противотанковые рвы, строила баррикады на улицах Сталинграда и даже рокаду — железную дорогу. По ней отправляли в глубокий тыл санитарные поезда с ранеными бойцами и с эвакуированными сталинградцами. По той рокаде вывозили оборудование с демонтированных сталинградских заводов, а в прифронтовой город ввозили вооружение и все, что нужно было защитникам города. Шли поезда и из Казахстана.

Медики Сталинграда начали войну с того дня, когда в город прибыли первые раненые в боях на юго-западе страны — на Украине, в Белоруссии, в Ростовской области. Сталинград и область к лету 1942 года превратились в крупнейшую госпитальную базу тыла страны. В городе были развернуты десятки фронтовых госпиталей. Они требовали много медиков. Валю Звереву и многих ее подруг прямо с земляных работ направили на работу в госпитали санитарками. Валя попала в санитарно-эвакуационный госпиталь — 91. Там она, вчерашняя школьница, работала, конечно, «большим начальником» — куда пошлют. Сначала принимала и обрабатывала в санпропускнике поступающих с фронта раненых, освобождала их от засохших окровавленных повязок, наспех наложенных на поле боя, мыла солдат, стирала бинты и белье, наводила чистоту в палатах. Словом, выполняла всю необходимую в таких случаях работу и училась на практике тому, чему в мирное время обучали в медицинских школах несколько лет. Потом ее, старательную, исполнительную, а главное, искренне жалеющую раненых солдат, перевели в хирургическую палату.

— Мама, видимо, не хотела пугать нас с сестрёнкой и очень мало рассказывала о своей службе в госпитале. Помню только её рассказ о том, как хирург велел ей вынести из операционной ампутированную ногу, а мама так испугалась, что упала в обморок. Но у меня все равно осталось впечатление, что мама выполняла тяжёлую и опасную работу.
Ещё бы не опасную! Ведь медикам приходилось ночами под обстрелами и бомбежками отправлять раненых на берег Волги и оттуда переправлять их в тыл – на левый берег реки.
В историю Второй мировой войны вошла страшная бомбардировка Сталинграда 23 августа 1942 года. Её сравнивают с дрезденской или с лондонской. Тогда на советский город обрушились сотни вражеских самолетов. Историки затрудняются назвать их количество, пишут только, что, «образуя волны из 30-40 бомбардировщиков, немцы сбрасывали тяжёлые фугасные и осколочные бомбы, вслед за которыми на землю проливался дождь из «зажигательных ласточек» — бесчисленного количества листочков фольги, смазанных фосфором, возгоравшихся при контакте с воздухом. Оседая на крышах, они мгновенно охватывали яркими сине-белыми языками пламени элементы деревянных покрытий, превращая всё в пепелище».

Или как рассказать маленьким дочкам о переправе раненых на левый берег, когда горела вода в реке и плавился асфальт на улицах?
Тогда, в 16:00, горожане услышали звуки боевой тревоги, и через 20 минут они стали свидетелями самого страшного пожара в истории России. Огненный смерч, охвативший город, был результатом тщательно спланированной вермахтом тактической операции, в ходе которой лётчики, входившие в состав четвёртого воздушного флота люфтваффе, должны были вывести из строя военные штабы, узлы связи, коммуникации, транспортные артерии и все промышленно-пищевые предприятия города. Однако вылетавшие с близлежащих аэродромов немецкие «Юнкерсы» и «Хейнкели» в эйфории бомбили всё подряд. За два с половиной часа непрерывного массированного огня фашисты превратили цветущий Сталинград в выжженный пустырь с остовами разрушенных зданий и сиротливо торчащими печными трубами.

Участвовавшие в этой смертоносной атаке около 1000 самолётов разной модификации совершили в общей сложности 2000 вылетов, уничтожив 90% жилого фонда Сталинграда, убив, по разным источникам, от 40 до 90 тысяч человек и ранив сотни тысяч людей.

От непрестанных взрывов снарядов город заволокло едким дымом, а не успевшие спрятаться в укрытие горожане погибали от удушья и ожогов. Израненная земля Сталинграда в буквальном смысле слова ходила ходуном, а адская музыка от гула разрывавшихся бомб, треска бушевавшего огня, лязга обваливавшихся построек, скрежета металла и стона погибавших людей, надрывала слух.

В результате бомбёжки были превращены в развалины более 300 предприятий, часть заводов утратила производственные цеха, были полностью выведены из строя артиллерийский завод «Баррикады» и металлургический завод «Красный Октябрь», а из пробоин нефтехранилищ устремились к Волге потоки горящей нефти и бензина, из-за чего и заполыхала река.

В огне пожара оказались курсировавшие в этот день по водной артерии 25 санитарных барж и пароходов, перевозивших раненых на левый берег Волги. Из 700 человек, эвакуировавшихся на судне «Бородино», из-за воздушных ударов прямой наводкой в живых осталось только 300, а из 1200 пассажиров парохода «Иосиф Сталин» до берега добрались лишь 150 человек, чудом избежавших накатов горящих волн.

Наталия Васильевна права. О том, как воевали и что испытали защитники Сталинграда, написаны сотни книг, сняты десятки художественных и документальных фильмов. Повесть В.С. Черникова «Изюминки в черном хлебе войны» — только одна из них. Она есть в Музее Сталинградской битвы. Вероятно, кто-то из петропавловцев привёз её в город на Волге и подарил Музею.

До марта 1943 года Валентина Ивановна считалась вольнонаемной. Что женщины у нас призывались на службу, было военной тайной, как и многое другое. Видимо, тайна эта была придумана для того, чтобы «мировая общественность» не знала, как СССР напрягает все свои силы в борьбе с фашизмом. Вспомним, как и все воевавшие казахстанские девушки «обивали пороги» военкоматов, а затем и горкомов комсомола, чтобы добровольно уйти на фронт и стать снайперами, летчиками, медиками и, как правило, погибнуть за Родину. Не стану приводить много цифр. Согласно одним данным с начала 1944 года в действующую армию было призвано полтора млн женщин. По другим — около полумиллиона. Кто и как считал бойцов нежного пола, непонятно. Точно известно: 100 девушек стали героями Советского Союза. Почти все – посмертно. Сейчас есть историки, доказывающие, что, например, Зоя Космодемьянская была не защитником Родины, а террористом.

Валю Звереву тоже официально призвали в действующую армию только в конце Сталинградской битвы. А что с нею было после окружения фашистов в феврале 1943 и начала службы в военной цензуре? Конечно, медикам и тогда работы хватало: Сталинград оставался городом госпиталей. Раненных везли с южных фронтов, подлечивали и отправляли кого в глубь страны, а выздоровевших снова на фронт. Но была у медиков и другая работа. Не хочется пугать читателей, как и Вале своих девочек, жуткими картинами почти погибшего города, но, как говорится, из песни слова не выбросишь. В феврале 1943 года, «когда закончилась Сталинградская битва, многострадальная сталинградская земля была не только нашпигована минами, но и бугрилась от тысяч трупов. Переулки, подвалы, разбитые дома были похожи сплошь залиты фекалиями и похожи на уличные туалеты. Припекало солнце. Городу и окрестностям грозили эпидемии. Нужно было срочно наводить порядок. Но приступить к уборке развалин было невозможно. Сначала пришлось работать сапёрам, а уж потом специально созданные похоронные команды, состоявшие из женщин и подростков из окрестных селений, а также части военнопленных собирали тела погибших, зачастую полуразложившиеся. На первых порах улицы и подвалы засыпали известью.

«Всего было убрано и захоронено 147,2 тысячи вражеских трупов, тысячи трупов животных. В братских могилах было погребено 46,7 тысячи павших в боях советских воинов. А во время печально известной бомбардировки 23 августа 1942 года, по самым приблизительным данным, погибло 90 тысяч сталинградцев. Сейчас изданы архивные документы и воспоминая участников той страшной работы, длившейся около двух лет. В них рассказывается, как призванные на эти работы жители окрестных сёл жили в подвалах, собирали там и просто на улицах полуразложившиеся трупы врагов, убитых и умерших зимой от не известно каких болезней, уносили их в воронки, в опустевшие окопы или просто в канавы, обливали горючим и жгли – так кремировали…

Не потому ли Валентина Ивановна не любила рассказывать о своей работе? Ведь и медикам приходилось выполнять её. Наших бойцов и погибших в обстрелах и бомбёжках жителей города хоронили в братских могилах. Так образовался мемориал на Мамаевом кургане, который сегодня известен как памятник-ансамбль «Героям Сталинградской битвы» с главным монументом «Родина-мать зовёт!». На Мамаевом кургане существует несколько братских и индивидуальных могил, в которых покоится прах более 35 000 защитников Сталинграда. В.С.Черников в своих «Изюминках» рассказал, что вступили в бой на знаменитой высоте более сотни его товарищей – курсантов, а осталось в живых только семеро, да и то почти все после лечения в госпиталях. Остальные полегли в боях на Мамаевом кургане.

Валентине Ивановне тоже пришлось испытать все ужасы самой знаменитой и самой кровопролитной битвы Второй мировой. Впрочем, чем можно все это можно измерить?! Уже совершеннолетней, в начале 1944 года, В.И. Зверева была официально призвана в действующую армию и стала служить в отделе военной цензуры при 4-м Украинском фронте, которым командовал генерал армии А.И.Еременко. Казалось бы, что страшного в этой службе? Распечатывай солдатские письма, читай и шлепай на них штамп «Проверено военной цензурой». Да, это так, если не считать, что прочитать надо было 200-250 писем в день, найти и вымарать черной краской «подозрительную» информацию. А это могли быть зашифрованные или открытые сведения о расположении воинских соединений, об их перемещениях, о вооружении, потерях в боях и других сведениях, по которым уже опытные контрразведчики –свои или вражеские — могли определить, что происходит в тылу и на фронте. Удивительно, но перед войной и в ее первые месяцы даже иностранцами такая информация передавалась обычными письмами, прямо обычной почтой, и никем не проверялась.

Но это уже отдельная песня. Было немало засекреченных военных профессий, с которых до наших дней не снят гриф «совершенно секретно». Военная цензура – одна из них. Анализ ее данных давали очень много сведений о настроениях в армии и в тылу. Но с ними работали уже не девочки со штампом «Проверено военной цензурой», а опытные офицеры — контрразведчики.
Скажу только, что мои предположения о романтической встрече моих героев на фронтовых дорогах в некоторой мере оказались правильными. Они так и воевали почти рядом – шли фронтовыми дорогами параллельно от Сталинграда до Германии, но пути их долго не пересекались. Гвардии сержант Валя Зверева встретила День Победы в Польше, в г. Бельске. Какие это были счастливые дни – первые мирные! Ей даже довезло потанцевать «с дважды поляком Советского Союза» маршалом Константином Рокоссовским! Потом до апреля 1947 года Валентина служила в 8-й гвардейской армии под командованием В.Чуйкова в городе Гете и Шиллера — в Веймаре. А встретились впервые наши молодые люди… в вагоне поезда. Гвардии капитан Василий Черников, инструктор политодела армии, ехал с друзьями куда-то из Потсдама по служебной надобности. А что делают молодые офицеры, познакомившись с симпатичными попутчицами? Правильно! Начинают ухаживать за ними и, по возможности, угощать их конфетами. Боевые подруги стеснялись, отнекивались. Но, видимо, самая бойкая из подруг – Валя Зверева – шепнула: «Берите! Скоро выйдем из вагона и больше никогда с ними не увидимся!» Но ее предсказание не сбылось. Встретились! Так Валя Зверева в 1946 году стала Черниковой, а через год – мамой дочки Наташи, а в 1948 –жительницей Петропавловска и мамой второй дочка – Галины. А потом… Что потом? Обычная послевоенная жизнь! Молодые супруги собрали под свое крыло родных, нуждавшихся в их опеке — так Василий Сергеевич в 24 года стал главой большой семьи. Когда он в 50-е годы читал нам, своим первым студентам, лекции по истории СССР, иногда вспоминая отдельные эпизоды Отечественной войны, мы и не предполагали, что наш педагог сам учится в институте заочно и сдает экстерном те же экзамены, что и мы — ему.
Валентина Ивановна тоже, наконец, с перерывом на такую долгую войну, окончила десятилетку в вечерней школе, потом заочно училась в институте, стала экономистом, работала согласно полученному диплому, заботилась о матери и свекрови и воспитывала своих дочек. Младшая из них носит имя Галя… в честь немецкого города Галле, чем-то очень хорошим памятного ее родителям.
Летом Василий Сергеевич иногда отправлялся в отпуск, но не на берега теплого моря, а в Сталинград, где он сам и его Валя совсем юными стали участниками исторической битвы и, вопреки войне, выжили и сохранили память о друзьях, стоявших насмерть в окопах и на горящих улицах Сталинграда.

Подробнее об истории города читайте в нашем проекте Исторический Петропавловск

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *